Страница №107

Социальный герой

 

Вопрос о социальном облике общественных организаций в историографии разработан слабо. В большинстве работ он либо обойден стороной, либо освещен самым беглым образом. Объяснение этому одно – обобщающих статистических данных о составе организаций крайне мало, а по большинству обществ и союзов их просто нет.

Между тем, изучение социального состава общественных организаций важно не только с количественой стороны. На наш взгляд, оно необходимо для выявления качественных показателей общественной деятельности, ее форм, уровня и результатов.

Как известно, первоначально в дореволюционной России активная общественная деятельность была уделом представителей высших слоев общества. В XVIII в. высокообразованные и материально обеспеченные люди стали создателями первых независимых объединений, направив собственные денежные средства на образование благотворительных, а затем и научных, культурно-просветительных, творческих обществ.

Основой для расширения сферы общественной деятельности в XIX в. послужили, главным образом, многообразные групповые и личные потребности граждан. Это время отмечено активным выходом на российскую общественную сцену всех классов и слоев общества – интеллигенции, буржуазии, рабочего класса и крестьянства. Осознание ими собственных экономических, политических, культурных запросов привело к возникновению новых видов общественных организаций – экономических объединений, профессиональных союзов, политических партий, способствовало радикализации общественной деятельности.

К 1917 г., как было отмечено во введении, в негосударственных организациях России был представлен практически весь спектр гражданских интересов, дифференцированный по экономическому, политическому, профессиональному, конфессиональному, национальному, возрастному, гендерному и другим признакам.

В послереволюционный период вопросы социального состава общественных организаций и членства в них приобрели иное звучание.

Радикальное изменение социальной структуры общества, связанное, прежде всего, с устранением имущих классов и слоев, непосредственным образом сказалось на структуре негосударственной сферы, привело к исчезновению независимых экономических, политических, благотворительных организаций. Самодовлеющим фактором в жизни общества и каждого отдельного человека на долгое время стало социальное происхождение. Велика была его роль и в сфере общественной деятельности. Даже лояльно настроенные представители прежде господствовавших классов российского общества не имели права пользоваться демократическими свободами наравне с рабочими и крестьянами. Причисленные к категории «лишенцев» были отстранены от активной работы в общественных организациях и не могли возглавлять их.

«Перемена участи» трудящихся классов была закреплена в Конституции РСФСР 1918 г., где содержалось положение об устранении препятствий и предоставлении преимуществ рабочим и крестьянам для их объединения в организации. Ленинская идея «поднять наинизшие низы к историческому творчеству» была по-революционному благородной. Она не только морально компенсировала недостаток свободы для большей части населения в прошлом, но и явилась мощным стимулом для социальной активности в настоящем. Однако осуществить её на практике было не так просто. Почти поголовная неграмотность, отсутствие у рабочих и крестьян опыта общественной деятельности во всем том объеме, в каком она существовала в дореволюционной России, реально тормозили процесс подключения трудящихся к общественным преобразованиям. Невозможно было, особенно на первых порах, игнорировать социально активную позицию интеллигенции и ее опыт в области создания многих видов общественных объединений, особенно в науке и культуре. Объективные потребности страны заставляли государство считаться с деятельностью этих организаций, использовать их возможности и максимально поддерживать.

Возникли и другие проблемы. Взлет общественной активности рабоче-крестьянских масс, связанный с переходом к нэпу, проявился, в первую очередь, в активности выхода из коммунистических организаций – партии, профсоюзов, комсомола. Одновременно повсеместно отмечались попытки создания объединений определенной социальной направленности – рабочих, крестьянских, женских, молодежных, красноармейских обществ и союзов с целью защиты своих экономических и правовых интересов, оказания помощи и взаимопомощи. В их намерениях легко просматривался и элемент политизациии деятельности, особенно явный в программе Крестьянского союза. Тем самым открывался путь к традиционному развитию общественной сферы, а значит – и к традиционному российскому противостоянию интересов общества и власти. Такое развитие событий было неприемлемо для партийно-государственного руководства страны, и создание узкоклассовых объединений рабочих и крестьян было запрещено.

Это волевое решение властных структур в свою очередь тоже создавало положение противостояния. Поиски выхода из него предпринимались по разным каналам – через привлечение рабочих и крестьян к работе Советов, введение для них института практикантства, попытки реформирования работы профсоюзов, активизации делегатских собраний и беспартийных конференций и т.п. Но эти усилия не давали желаемого результата. Все чаще инструментом регулирования общественной активности становилось непосредственное административное вмешательство в процесс создания общественных организаций.

При этом лозунг развития пролетарской общественности по-прежнему сохранялся, но в ином контексте. В Постановлении XIII съезда РКП(б) «Об очередных задачах партийного строительства» в мае 1924 г. указывалось на необходимость поддержки здоровой инициативы в создании добровольных рабочих обществ: культшефских организаций, ячеек МОПРа, ОДВФ и других. В постановлении говорилось: «В росте и оживлениии работы этих организаций находит свое выражение развертывание пролетарской общественности, иначе говоря, развертывание подлинной рабочей демократии... Партия должна всячески помочь надлежащему развертыванию работы этих организаций. Члены партии должны принимать в них активное участие. Партийные организации должны оказывать содействие правильному организационному строительству их, действительному втягиванию в их работу как партийных, так и беспартийных рабочих и на деле стать их идейно-политическими руководителями»21. Фактически была сформулирована концепция новой общественности, главными элементами которой были названы партийное руководство и всесторонний контроль.

Добавим к сказанному, что важным признаком новой общественности становился способ создания общественных организаций – по инициативе властных структур. В результате такой активности «сверху» в начале 1920-х гг. возникло значительное число общественных объединений. Ориентированные на решение прогрессивных задач по преодолению отсталости страны, они воплотили в себе союз интересов общества и власти, приобрели многочисленных сторонников, полностью отвечая своему названию «массовые организации».

Что же касается пролетарского фактора, то ему, на наш взгляд, была отведена роль фасадной детали, и главным социальным признаком новой общественности он не стал.

Обратимся к цифрам.

С точки зрения численности членов общественные организации 1920-х гг. делятся на две группы – организации с небольшим составом и массовые объединения.

В первую группу входило подавляющее количество всех существовавших в то время организаций. По данным на 1925 г., наиболее крупными среди научных организаций были: Военно-научное общество – 50 тыс. чел., Всероссийская ассоциация инженеров – 9 тыс. чел., Общество российских хирургов – 1 тыс. чел.22

Некоторые научные общества объединяли от 300 до 500 чел.: Русское библиографическое общество – 355 чел., Всероссийское общество охраны природы – 500 чел., Общество изучения Урала, Сибири и Дальнего Востока – 500 чел., Московское одонтологическое общество – 400 чел., Российское эндокринологическое общество – 300 чел., Московское общество сельского хозяйства – 348 чел.23

Большая часть научных организаций включала от 50 до 200 чел., для примера назовем: Общество истории и древностей российских – 60, Общество историков-марксистов – 93, Русское евгеническое общество – 150, Московское физическое общество им.Лебедева – 143, Московское терапевтическое общество – 172, Общество исследователей воды и ее жизни – 120 чел.24

Примерно такой же была картина в творческих организациях. Среди самых крупных по числу членов были: Всесоюзная ассоциация пролетарских писателей – 4 тыс. чел., Московское общество драматических писателей и композиторов – 2 тыс. 79 чел., Всероссийский союз крестьянских писателей – 663 чел., Общество еврейской музыки – 500, Ассоциация художников революционной России – 520, Всероссийский союз поэтов – 450 чел.25

Были среди творческих организаций и такие, где насчитывалось не более 25-30 чел., например: Общество живописцев и скульпторов «Московские живописцы» – 25, Московское общество художников «Бытие» – 26 чел.26

Вторую группу – и меньшую по числу входивших в нее организаций – составляли массовые объединения. К середине 1920-х гг. некоторые из них имели миллионный состав.

В 1927 г. численность членов профсоюзов приближалась к 10 млн., комсомол насчитывал почти 2 млн. членов, Пионерская организация – 1,5 млн., ОСОАВИАХИМ – 2,6 млн.чел.27 Общество «Долой неграмотность» имело 1,6 млн. членов28, Общество «Друг детей» – болеее 1 млн.29, до полумиллиона доходила численность членов Союза безбожников30, а численный состав шефских рабочих обществ превышал миллион31. К началу 1930-х гг. самыми крупными добровольными обществами стали Союз воинствующих безбожников – 5 млн. членов и МОПР – более 8 млн.32

Используя имеющиеся в нашем распоряжении статистические данные, попробуем дать читателю представление о социальном составе некоторых общественных организаций 1920-х гг.

С этой целью обратимся к подсчетам ленинградских ученых33:

  Рабочих Крест. Служ. Уч-ся Красноарм
ОДН (1929)
42,85% 21,3% 22,9% 8,5% 2,4%
ОДД (1931)
33,1% 4% 20,1% 22,1% 0,6%
ОДР (1925)
33,9%   32,6% 20,7% 12,8%
«Смычка» (1925)
56,6%        
Общество пролетарского туризма (1929)
62%        

Они показывают, что в названных организациях рабочие были ведущей группой, хотя и не были представлены в подавляющем большинстве. В зависимости от вида деятельности количество рабочих в организации могло быть меньше (Общество друзей радио) или больше (шефские общества). Значительную часть составляли служащие, а фактически – интеллигенция, скрытая за этим названием.

Однако показатели по крупному промышленному городу не всегда подтверждаются данными по стране. Так, в середине 1920-х гг. в состав организации «Друг детей» входили 25% рабочих, 70% служащих, 5% крестьян34. В 1929 г. в Союзе воинствующих безбожников насчитывалось 50% рабочих35. По данным на 1926 г. Союз эсперантистов советских стран объединял 30% рабочих, 60% служащих и учащихся, 5% крестьян36. Ассоциация работников советской кинематографии давала такие сведения о своем составе: 70% – интеллигенция, 22% – рабочие, 8% – крестьяне37.

Обратимся в этой связи к показателям региональных отделений всероссийских организаций:

Динамика социального состава отдельных добровольных обществ Бурят-Монгольской АССР в 1924-1929 гг.38

  Год Кол.чл. Рабочих Крест. Служ. Прочих
ОДВФ
1924 4586 1505 791 1995 295
Авиахим
1924 11316 3861 2565 4425 465
1926 5739 1521 1159 2952 107
РОКК
1926 1119 146 220 482 271
ОДН
1927 364 145 17 202
ОДР
1928 435 169 41 194 31
МОПР
1928 7573 1924 2938 1891 820
СБ
1929 951 300 233 404 14

Данные по Бурят-Монгольской АССР свидетельствуют о преимуществе категории служащих в общественных организациях: 43% в Обществе друзей воздушного флота, 52% – в АВИАХИМе, 40% – в Обществе Красного Креста, 56% – в Обществе «Долой неграмотность», 40% – в Союзе безбожников.

Обобщенные, хотя и неполные, сведения о социальном составе общественных организаций по стране дает справка НКВД на 1 января 1928 г.39:

Социальный состав членов обществ на 1/1-1928 г.

Виды обществ Всего Крест. Рабоч. Служ. Интел. Проч. Неуст.
1. Научные и науч.-технич.
23751 1417 1840 10447 8508 1514 25
2. Помощи и взаимопомощи
109116 53852 13488 17934 1158 19790 2894
3. Культ-просв.
83308 24828 20834 26872 2100 8674
4. Муз., худож., литератур.
2692 373 529 1222 434 134
5. Сельскохоз.
15474 7482 4159 2395 428 1011
6. Массовые добровол.
1114932 216637 329365 369603 14169 144139 41019
7. Спортивные
13881 6720 2556 2246 102 1606 651
8. Национальные
3403 248 323 831 64 937
9. Прочие
58869 12649 12891 7850 861 10381 14237
Всего
1425427 324206 385985 439400 27824 189186 58826

Таблица показывает, что во второй половине 1920-х гг. во всех видах общественных организаций были представлены основные классы и слои российского общества. Соотношение их было разным и зависело, главным образом, от направления деятельности. Для научных и научно-технических обществ было характерно значительное преобладание служащих и интеллигенции, то же наблюдалось и в творческих организациях. Преимущественно крестьянским был состав обществ помощи и взаимопомощи, сельскохозяйственных и спортивных организаций. Представители рабочего класса занимали в общественных организациях второе или третье место. По усредненным итоговым данным численно самой крупной группой в обществах и союзах были служащие – 30%, за ними шли рабочие – 27% и крестьяне – 22,7%.

В процессе формирования новой общественности большое внимание уделялось возрастному признаку. Специальные исследования показывают, что молодое поколение составляло большую часть членов всех общественных объединений. Ставка на рабоче-крестьянскую молодежь, на студенчество делалась как в плане коммунистического воспитания, так и в плане практической общественной работы. Особенно велика была роль этой возрастной группы в оборонно-спортивных, технических обществах, в работе таких организаций, как «Долой неграмотность», ОСОАВИАХИМ, Общество друзей советского кино, Общество друзей радио, Общество пролетарского туризма40.

В этой связи следует вспомнить о создании в 1918 г. Российского коммунистического союза молодежи, основными показателями членства в котором были рабоче-крестьянское происхождение и возраст.

В послереволюционное время активно шло привлечение детей к общественной деятельности. В начале 1920-х гг. под эгидой РКСМ возникла и начала действовать Пионерская организация детей и юношества. Как и в комсомоле, членами этой организации становились дети рабочих и крестьян. Одна из главных целей Пионерской организации состояла в том, чтобы не допускать возрождения буржуазных детских организаций (типа скаутских отрядов), их появления под новыми названиями.

Одновременно создавались и другие детские общественные организации. В начале 1920-х гг. существовали детский Пролеткульт41, Союз юных эсперантистов42. В конце 1920-х гг. дети почти повсеместно привлекались к работе ячеек юных друзей Общества по борьбе с алкоголизмом43. В 1930 г. Союз воинствующих безбожников начал издавать детский журнал «Юный безбожник» и создал специальную секцию для работы с детьми44. По решению первого Всесоюзного пионерского слета в 1929 г. при пионерских отрядах стали создаваться кружки юных друзей МОПРа (ЮДМ). Вскоре они существовали в Российской Федерации практически повсюду. По воспоминаниям Е.Д.Стасовой, каждый вступающий в кружок получал карточку «Юного друга МОПРа» и платил взнос по 1 коп. в месяц. Через год после первого слета в кружках ЮДМ состояло более 200 тыс. пионеров и школьников, а к 1934 г. в них уже было объединено 1 млн. 600 тыс. чел.45.

Составить представление о социальном облике общественных организаций 1920-х гг. невозможно без учета еще одного обязательного показателя – партийности членов и руководителей организаций. Вспомним, что в этот период активная работа коммунистов в общественных объединениях была не только важной частью партийной работы, но едва ли не главным условием существования самих общественных организаций.

По данным на 1926–1927 гг. МОПР, например, имел в своем составе 16% членов и кандидатов в члены ВКП(б), 13% комсомольцев и 71% беспартийных46. В Союзе эсперантистов члены ВКП(б) составляли 15% всех членов47. В Союзе воинствующих безбожников беспартийных было 46%, соответственно членов партии – 54%48. Ассоциация советских кинематографистов сообщала о наличии в ее рядах 60% беспартийных, 35% членов партии и 5% комсомольцев49. В ленинградском отделении общества «Долой неграмотность» по данным на 1929 г. было 2% коммунистов и 10% комсомольцев50, а в ленинградском обществе пролетарского туризма 45% коммунистов и комсомольцев51.

Воспользуемся данными о партийном составе общественных организаций по Бурят-Монгольской АССР52:

Общества Год Чл.ВКП(б) Чл.ВЛКСМ Б/п
АВИАХИМ
1925 10335 1362 8919
    9% 12% 79%
ОСОАВИАХИМ
1928 2320 2432 7899
    18% 19% 62%
ОДН
1927 42 69 253
    14% 23% 83%
ОДР
1928 49 61 325
    12% 15% 81%
Союз безбожников
1928 373 207 371
    40% 21% 39%

Как видим, во всех упомянутых случаях члены партии и комсомольцы составляли обязательную прослойку среди членов общественных организаций. Количество их было разным: от незначительного (в Обществе «Долой неграмотность») до очень высокого (в Союзе воинствующих безбожников).

Значительно выше были эти же показатели по составу правлений обществ и союзов. По данным на 1925 г. состав руководящих органов в различных видах всероссийских и местных организаций был следующим53:

Виды обществ Всего орг-й Состав правлений
всего комм. б/п % комм.
Всероссийские организации
Научные
32 392 71 321 18,9%
Литературные
8 115 38 77 33%
Художественные
6 67 15 52 22,4%
Технические
4 52 16 36 30,7%
Национальные
6 57 44 13 77,2%
Помощи и взаимопом
3 57 46 31 59,6%
Содействия органам власти
3 57 48 9 84%
Культурно-просв.
4 19 19 100%
Сельско-хоз.
3 29 29
Прочие
6 74 23 51 31%
Местные организации
Научные и научно-тех.
300 1811 251 1560 13,8%
Помощи и взаимоп.
245 1585 701 884 44,2%
Культурно-просв.
148 581 343 238 59%
Муз-худож. и лит.
62 408 41 367 10%
Сельско-хоз.
48 278 32 246 11,5%
Содействия органам власти
38 269 182 87 67,7%
Спортивные
30 143 81 62 56,6%
Деловые клубы
12 78 45 33 57,7%
Изуч. междунар.яз.
11 46 14 32 30%
Прочие
39 188 21 167 11%

Из приведенных сведений следует, что в ряде организаций коммунистические фракции составляли в процентном отношении большинство от общего числа членов правлений, а в обществах содействия власти и культурно-просветительных организациях подавляющее большинство (от 80 до 100%). При этом средний показатель партийности членов правлений по всем видам организаций был 32% в местных и 35% в общероссийских объединениях.

Имеются данные о партийном составе правлений обществ по стране на период с 1924 по 1 января 1927 г.54:

  Всего членов Коммунистов
1/VII-24 2843 548 –19,3%
1/I-25 4062 1094 – 26,9%
1/I-26 6241 2068 – 33,1%
1/I-27 7729 2568 – 33,2%

Они свидетельствуют о постоянном росте числа коммунистов в руководящих органах различных обществ и союзов, что находилось в полном соответствии с партийной установкой на усиление партийного влияния во всех направлениях общественной деятельности.

К сказанному остается добавить, что руководителями практически всех обществ, союзов и объединений в 1920-е гг. были члены Коммунистической партии, а массовые организации возглавляли наиболее известные партийные и государственные деятели. Вот имена некоторых из них:

Калинин М.И. – «Долой неграмотность»,

Ярославский Е.М. – Союз воинствующих безбожников,

Рыков А.И. – Общество друзей воздушного флота, Авиахим,

Бухарин Н.И. – Общество воинствующих материалистов,

Троцкий Л.Д. – Доброхим,

Уншлихт И.С. – ОСОАВИАХИМ,

Рудзутак Я.Э. – Всесоюзное общество политкаторжан и ссыльнопоселенцев,

Каменева О.Д. – Всесоюзное общество культурных связей с заграницей,

Луначарский А.В. – Союз революционных драматургов,

Антонов-Саратовский В.П. – Общество пролетарского туризма,

Лежава А.М. – «Автодор»,

Лепешинский П.Н. – председатель ЦК МОПР,

Смирнов А.П. – секретарь Крестинтерна,

Лозовский С.А. – генеральный секретарь Профинтерна,

Семашко Н.А. – Московское отделение Всесоюзного общества социальной и экспериментальной гигиены,

Зернов С.А. – Общество исследования воды и ее жизни,

Соловьев З.П. – Российское общество Красного Креста,

Федоровский Н.М. – Всероссийское общество охраны природы,

Керженцев П.М. – Лига «Время» – Лига «НОТ»,

Любович А.М. – Общество друзей радио РСФСР,

Обух В.А. – «Ленинизм в медицине»,

Подвойский Н.И. – Общество строителей Международного Красного стадиона.

Анализ состава общественных организаций 1920-х гг. подводит к заключению, что факторами, определявшими лицо новой общественности в это время, стали численность, смешанный классовый состав и партийно-комсомольская принадлежность. Такие традиционные показатели российской общественности, как уровень образования, профессиональная подготовка, наличие свободных материальных средств и социальный интерес отошли в прошлое.

Несмотря на призывы к созданию пролетарской общественности,рабочий класс не стал основной группой в составе общественных объединений. Исключением можно считать профессиональные союзы, где объединялись примерно 90% всех рабочих страны, и комсомол с его рабоче-крестьянским членством.

Формирование общественных организаций закончилось созданием обществ с разнородным составом, причем во всех видах объединений. Социально-однородные организации – одни раньше, другие позже – перестали существовать. В начале 1920-х гг. был наложен запрет на создание самостоятельных рабочих, крестьянских, молодежных, женских организаций. Начиная с 1928 г., состав обществ и союзов становится главной причиной ликвидации объединений интеллигенции. Необходимость их «реформирования» объяснялась, помимо прочего, узостью состава. Участвуя в обсуждении проекта «Положения о добровольных обществах и союзах» 1932 г., представители Наркомата просвещения отмечали, что основным недостатком научных обществ является стремление к академизму, корпоративность, слабое вовлечение в общества рабочих, студентов, молодых научных работников, отрыв их деятельности от нужд производства, а также весьма незначительная прослойка коммунистов в обществах55.

Практическая работа в общественных организациях велась, главным образом, силами интеллигенции, служащих, а также мобилизованных туда коммунистов и комсомольцев. Рабочие и крестьяне во многих случаях были пассивными участниками объединений либо только числились на бумаге. Между тем, первостепенное значение в общественной деятельности со второй половины 1920-х гг. приобретает фактор численного состава организаций, часто в ущерб качественному. Унификация состава общественных организаций повлекла за собой унификацию формы. Социальный герой растворился в массовых организациях, которые с 1930-х гг. становятся единственной формой гражданских объединений.