Страница №144

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

1920-е гг. явились, без преувеличения, сложным и противоречивым периодом истории России в XX в. Социальная жизнь этого времени, свободная и напряженная одновременно, сочетала в себе крайности, разнонаправленные процессы, ультра-современность с реликтами «военного коммунизма». Кричащие контрасты времени нэпа дали основание художникам слова говорить о его «зловещих гримасах» и называть «самым двусмысленным и фальшивым из советских периодов».

Поворот к новой экономической политике, вызвавшей оживление рыночных отношений в стране, сопровождался подъемом общественной активности, расширением сферы негосударственных институтов и созданием огромного количества новых общественных форм. В 1920-е гг. стихийно сложилась численно очень широкая и внутренне очень многослойная система общественных организаций. Она состояла из объединений, возникших в разное время (до революции, в годы гражданской войны и непосредственно в 1920-е гг.) и действовавших в различных областях (наука, культура, просвещение, медицина, техника, искусство, краеведение, спорт и другие). Во второй половине 1920-х гг. в ней насчитывались тысячи организаций.

Несмотря на либеральные перемены, связанные с введением нэпа, общественным организациям предстояло развиваться в условиях формирования партийно-государственного режима, разрушения политического и общественного плюрализма.

Эволюция общественной деятельности и общественных объединений на протяжении 1920-х гг. шла в напралении формирования в целом однотипных организаций. Терминологически это выразилось в трансформации понятия «общественные организации». Этот термин вошел в обиход не сразу и поначалу был лишь одним из многих других терминов – общества, союзы, добровольные организации, массовые объединения. Многочисленные категории и виды обществ (научные, технические, культурно-просветительные, литературные, художественные, музыкальные, помощи и взаимопомощи, спортивные) в конечном счете были объединены в один разряд «обществ и союзов, не преследующих цели извлечения прибыли».

К концу 1920-х гг. смысл общественной деятельности существенно изменился, главным образом, в сторону политизации и унификации ее содержания. Закрепленное законодательством 1930 г. понимание «общественной организации» связывалось уже исключительно с «активным участием в социалистическом строительстве и укреплении обороноспособности страны».

Созданный в 1920-е гг. механизм надзора и контроля за общественными организациями стал одним из решающих факторов их развития. Внешне порядок создания разного рода организаций почти не изменился по сравнению с дореволюционным периодом. Но на самом деле административный надзор органов НКВД не ограничивался только формальными требованиями, а механизм наблюдения и контроля стал более разветвленным и мощным. Будучи частью системы политического и идеологического контроля за населением страны в целом, он включал партийные органы, государственные структуры, профсоюзные комитеты, Государственное политическое управление. Этот механизм действовал на основе секретных инструкций и постановлений высших органов власти, по существу, сводя на нет демократические принципы Постановления от 3 августа 1922 г. Первая из таких инструкций была принята 4 августа 1922 г.

В 1920-е гг. партийно-государственный контроль за общественными организациями развивался в направлении пресечения общественной деятельности. Результатом «отслеживания» попыток создания некоммунистических организаций явился полный запрет на создание организаций с целью реализации и защиты социальных интересов. Исключение составляли (по крайне мере, внешне) лишь профессиональные союзы. Под влиянием высших партийных органов и ОГПУ решались вопросы об утверждении или отказе в утверждении уставов различных организаций. С 1922 по 1928 г. НКВД были отклонены заявления более 120 обществ, главным образом, по причине неприемлемого для власти социального состава или дублирования деятельности других объединений.

На этом фоне факт постоянного возрастания числа общественных организаций выглядит свидетельством саморазвития общества, его способности к самоорганизации даже в условиях жесткого контроля. Большое число обществ и союзов возникло в это время для решения социально значимых проблем, осуществления созидательных целей (ликвидация неграмотности и детской беспризорности, защита окружающей среды, борьба с пьянством, решение проблем инвалидов, зарубежных переселенцев, национальных меньшинств и др.). В условиях отсутствия государственных структур для регулирования многих сфер ярко проявилась компенсаторная роль общественных организаций. Именно в 1920-е гг. усилиями общественных организаций были сделаны первые шаги в создании отечественного радиовещания, авиации, освоения космоса и другое.

Государственный идеологический контроль совершенно изменил саму природу функционирования негосударственных объединений, включая способ их создания. Со второй половины 1920-х гг. система общественных организаций начинает пополняться в основном за счет объединений, адаптированных к требованиям власти. Характерной для этого времени становится деятельность массовых общественных организаций. Заявленные ими в целом прогрессивные цели и задачи были понятны широким слоям населения, недаром появлению таких объединений часто предшествовала стихийная активность «снизу». Но организованные по инициативе Коммунистической партии и правительства и возглавляемые представителями «верхов», они занимались в основном агитационно-пропагандистской и политико-воспитательной работой; формы и методы их деятельности диктовались «сверху» и были строго унифицированы.

К 1927 г. в деятельности массовых объединений явно обозначился кризис. Работа давала сбои, что приводило к развалу многих крупных организаций. Стремясь поддержать их, власти подключали к работе профсоюзы и комсомол, вводили обязательное членство и даже государственное планирование общественной деятельности. Практически все организации, независимо от вида и типа деятельности, стали выполнять сходные задачи, занимаясь историко-революционной, военно-патриотической работой, пропагандой советского образа жизни и достижений советской власти. Собственные интересы и устремления общественных организаций отошли на второй план. Новые государственные приоритеты неизбежно привели к выполнению общественными организациями несвойственных им функций. Результат был один – формализм в работе, членство на бумаге. Между тем, кризис общественных объединений, отмеченный открыто, никак не отразился на характере политических лозунгов. По-прежнему в партийных и государственных документах сохранялись призывы к развитию общественной активности, превращению всех видов организаций в массовые, что достигалось путем искусственного увеличения численности объединений.

С двусмысленным положением общественных организаций было покончено в конце 1920-х гг. Формальная перерегистрация общественных организаций, объявленная в 1928 г., фактически превратилась в «чистку» всей системы обществ и союзов. Под флагом классовой борьбы, на фоне политических процессов по «разоблачению вредителей» количество действующих организаций было сокращено во много раз, большая часть ликвидирована, а оставшиеся реорганизованы путем механического слияния или укрупнения.

К концу 1920-х гг. сфера общественных организаций России пришла в реформированном и серьезно урезанном виде. Поле общественной деятельности сузилось, а функции общественных структур свелись к минимуму – содействию государственным органам. Низкий правовой статус не способствовал эффективной работе общественных объединений, и хотя общественная инициатива иногда превосходила государственную, это было скорее редким исключением, нежели правилом. Всевластие государственных структур над негосударственными было легализовано в законодательном порядке.

К концу рассмотренного периода трансформировалось всё, что было связано с пониманием смысла общественной деятельности и назначением общественных организаций. Сложились типичные советские общественные организации, ставшие формой социальной мобилизации населения для выполнения политических и идеологических задач.