Страница №34

Глава I

ОБЩЕСТВЕННЫЕ ОРГАНИЗАЦИИ:
О ТЕРМИНАХ И ИХ СУТИ

 

Понятие «общественные организации»

 

Термин «общественные организации» в лексическом отношении является типичным советизмом. В мировой практике более распространены иные категории: союзы (профессиональные, экономические, торговые), общественные движения (экологическое, антивоенное, антиядерное), частные общества (культурные, просветительные, благотворительные), разного рода клубы.

В дореволюционной России, как уже отмечалось, для обозначения негосударственных организаций были характерны термины: кружки, частные общества, собрания, союзы. В начале XX в. появилась формулировка «частные общества, не имеющие задачею получение прибыли», которая содержалась во Временных Правилах об обществах и союзах от 4 марта 1906 г.

В советской России термин «общественные организации» использовался в очень широком смысле, применялся к объединениям самого разного масштаба, характера и направления деятельности. Но начиная примерно с 1960-х гг., авторы научных работ и их читатели подразумевали под формулировкой «общественные организации» уже совершенно конкретные организации, а точнее самые массовые из них – профессиональные союзы, кооперацию, комсомол. Имеющаяся историография полной ясности в понятие не внесла, хотя попытки разобраться в этом вопросе предпринимались в литературе неоднократно.

Ббольшая часть истории термина приходится на 1920-е гг. В этот период шел не только процесс формирования новой общественности. В эти годы возникали и исчезали многие общественные формы. Тогда же складывалась концепция новой общественности и соответствующий ей категориальный аппарат.

Известно, что в дореволюционный период наиболее разработанной частью учения о социализме был вопрос об общественном самоуправлении. По замыслу, в преобразованном на социалистических началах обществе не будет места государству, его основные функции постепенно превратятся в общественную нагрузку, а государственные институты растворятся в организациях общественного самоуправления. В послеоктябрьский период и особенно в 1920-е гг. произошла значительная трансформация замысла в сторону усиления государства, и взгляд на назначение новой общественности существенно изменился. В соответствии с ленинской схемой диктатуры пролетариата общественные организации и общественная самодеятельность стали рассматриваться в качестве одного из путей вовлечения «низов» в государственную работу.

В документах 1920-х гг. можно встретить различные термины для обозначения гражданских объединений. В самых первых декретах ВЦИК и СНК РСФСР речь шла об «обществах» и «союзах»1. Наряду с ними одновременно использовались названия: «вольные кружки», «массовые организации», «добровольные общества» и другие.

В 1922 г. появилось выражение «общества и союзы, не преследующие целей извлечения прибыли», фактически заимствованное из «Временных Правил об обществах и союзах» 1906 г. Впервые оно было употреблено в соответствующем Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР «О порядке утверждения и регистрации обществ и союзов, не преследующих целей извлечения прибыли, и о порядке надзора за ними»2. В одной из многочисленных редакций инструкции ВЦИК по этому Постановлению промелькнуло и другое выражение – «общественные организации», однако тогда оно не было принято.

Тем не менее, термин «общественные организации» в 1920-е гг. существовал. Как показывают документы, на практике он воспринимался как идентичный официальному названию, а в силу своей краткости быстро и широко распространился.

В тот период существовало разделение на организации, ставящие какие-либо хозяйственные цели и не ставящие таковых. В феврале 1923 г. Народный комиссариат юстиции в ответ на запрос Главного управления по делам кустарной промышленности ВСНХ сообщал: «под «общественными» организациями законодатель имеет в виду организации, которые в отличие от других частных, т.е. негосударственных, учреждений, не преследуют цели извлечения прибыли для своих членов, а преследуют общественные цели», и в этом смысле, пояснял наркомат, кооперативные объединения не являются общественными организациями, так как учреждаются для удовлетворения экономических потребностей своих членов3.

Давая по этому поводу указания административным отделам губернских исполкомов, НКВД в 1924 г. детально разъяснял: «Что же касается самого принципа выявления обществ и союзов, как не преследующих целей извлечения прибыли, то Центральное Административное Управление разъясняет, что обществами и союзами, не преследующими целей извлечения прибыли надлежит считать те организации, которые ставят себе цели идеологические, чуждые извлечению прибыли, а также не преследующие ни в какой мере удовлетворение экономических потребностей своих участников (как, например, кооперативные): к таковым организациям необходимо отнести различные научные, спортивные, литературные, художественные, сельскохозяйственные общества (не кооперативные), а также различные общества содействия по проведению тех или иных начинаний власти, например, общество по ликвидации неграмотности, общество друзей воздушного флота и пр.»4.

В мае 1924 г. в резолюции XIII съезда РКП(б) «Об очередных задачах партийного строительства» впервые появился термин «добровольные общества трудящихся»5. Позднее он получил законодательное закрепление.

В 1920-е гг. использовался и термин «массовые организации»; под ним понимались: профсоюзы, Международная организация помощи борцам революции(МОПР), Союз обществ друзей обороны и авиационно-химического строительства (ОСОАВИАХИМ), Общество «Долой неграмотность», Общество «Друг детей», общества шефства города над деревней. Численность членов в них действительно измерялась тысячами и миллионами. К этой категории общественных организаций относились объединения, созданные и работающие под эгидой Коммунистической партии или профсоюзов, о чем прямо говорилось, например, в секретном циркуляре наркома внутренних дел от 13 июня 1929 г.6

В 1928 г. в одном из писем Народного комиссариата Рабоче-Крестьянской инспекции (НК РКИ) в НКВД по вопросу о регистрации и контроле за деятельностью обществ, не преследующих целей извлечения прибыли, массовые организации были одновременно названы «обществами содействия Советской власти»7.

В 1920-е гг. понятия часто смешивались, четкое представление о сути общественных организаций отсутствовало, что нередко приводило к полной смысловой неразберихе.

17 февраля 1925 г. правительство РСФСР утвердило список обществ, находящихся в ведении Главного управления по делам науки при Наркомате просвещения (Главнаука) и остающихся на государственном бюджете. Ряд обществ в нем был назван «государственными»*. Обнаружив это, руководители НКВД попросили изъять слово «государственные», поскольку такое название противоречит правовой природе обществ. В Наркомпросе же сочли, что эти общества могут называться государственными, поскольку состоят под идеологическим наблюдением государственного ведомства – Главнауки – и выполняют государственные задания. В результате Малый Совет народных комиссаров (Малый СНК) и Совет народных комиссаров РСФСР (СНК РСФСР) отклонили просьбу НКВД, объяснив это тем, что речь идет о старейших, ранеее императорских обществах, находящихся теперь на государственном бюджете, и название «государственные» означает только это и ничего другого, подчеркивает признание заслуг этих обществ и оказание им помощи со стороны государства8.

Обсуждая в 1929 г. вопрос о совместной работе разных ведомств по наблюдению за обществами, не преследующими целей извлечения прибыли, нарком внутренних дел В.Н.Толмачев предложил подумать над другим названием для различных объединений граждан – «общества содействия социалистическому строительству», в котором наиболее точно выражалась суть новой общественности, смысл ее деятельности и направление работы9.

Фактически, о том же шла речь в «Положении о добровольных обществах и союзах» 1930 г., которое вместо прежнего названия «общества, не преследующие целей извлечения прибыли», ввело новое – «добровольные общества (объединения, клубы, ассоциации, федерации)». В определении, данном добровольным обществам, общественная деятельность рассматривалась как активное участие в социалистическом строительстве10.

Ставший привычным термин «общественные организации» официально прозвучал только в 1936 г. в Конституции СССР, которая гарантировала гражданам СССР «право объединения в общественные организации...»11. Единственный из многих других, этот термин сохранился и используется до сих пор.

В 1920-е гг., наряду с терминологическими поисками, осуществлялась активная отработка смысловой нагрузки терминов.

Первое Постановление об обществах, не преследующих цели извлечения прибыли, от 3 августа 1922 г. не давало определения обществам и союзам и лишь законодательно отделило организации с коммерческими (экономическими) целями от тех, что такие цели не ставили.

Признак некоммерческой деятельности обществ и союзов вошел в определение, которое было дано в 1928 г. в «Положении об обществах и союзах, не преследующих целей извлечения прибыли». В нем говорилось, что «общество – это добровольное объединение граждан, которые предметом своей совокупной деятельности избирают определенную постоянную цель, не связанную с извлечением материальных выгод для участников объединения или удовлетворением их экономических потребностей», а союз – это объединение двух или более обществ12. На самом же деле это определение оказалось почти буквальным повторением текста статьи из «Временных Правил об обществах и союзах» от 4 марта 1906 г. В них под обществом понималось «соединение нескольких лиц, которые, не имея задачею получение для себя прибыли от ведения какого-либо предприятия, избрали предметом своей совокупной деятельности определенную цель», союзом же называлось «соединение двух или нескольких таких обществ»13.

Между тем, к концу 1920-х гг. смысл новой общественности был уже определен властью. В 1930 г. в «Положении о добровольных обществах и союзах» общества и союзы были названы «организациями общественной самодеятельности трудящихся масс города и деревни, ставящими своей задачей активное участие в социалистическом строительстве Союза ССР, а также содействие укреплению обороны страны»14. Такой сути общественной деятельности, на наш взгляд, в полной мере соответствовал лишь один из предлагавшихся в 1920-е гг. терминов, а именно вариант наркома В.Н.Толмачева – «общества содействия социалистическому строительству».

Впоследствии вопрос о понятии «общественные организации» в литературе не дискутировался, хотя очевидная его неразработанность осталась заметной в исследованиях историков и юристов.

В 1977 г. определение общественным организациям в самой общей форме было дано правоведом А.И.Щигликом. «Любая общественная организация, – писал автор, – это специфическая форма объединения людей для достижения какой-либо общей цели»15. Чуть раньше, в начале 1970-х гг., правовед Ц.А.Ямпольская определяла добровольные организации в социалистическом обществе как «основанное на началах добровольности сообщество, образуемое гражданами для осуществления определенного вида целенаправленной деятельности, в процессе которой реализуются законные права, интересы и демократические свободы объединившихся лиц, и обладающее как фактическим, так и формальным организационным единством – устойчивостью состава, структуры и связей между членами»16. Историк А.Д.Степанский сформулировал понятие четче: общественная организация – это «добровольное, самоуправляющееся, надлежащим образом оформленное объединение граждан, регулярно действующее для достижения определенных политических, социально-экономических или культурных целей непроизводственного и некоммерческого характера»17. Это определение с незначительной редакцией было повторено уже в наши дни юристом С.А.Солдатовым: общественные организации – «это добровольные, самоуправляющиеся, некоммерческие формирования, создаваемые по инициативе граждан, объединяющихся на основе общности интересов для реализации общих целей, определенных их уставами»18. Определение двух последних авторов в значительной степени отражает социальную природу общественных организаций. Однако использовать его применительно к раннему периоду истории советского общества, в частности, к 1920-м гг., вряд ли правомерно.

В этом смысле более научной выглядела попытка историка Т.П.Коржихиной дать определение общественным организациям переходного периода. По ее мнению, высказанному в 1986 г., общественнные организации 1920–1930-х гг. – это организации общественной самодеятельности граждан, созданные в соответствии с их интересами, по их воле, на началах самоуправления, оформленные в соответствии с законодательством страны, участвующие в строительстве социализма, являющиеся составной частью политической системы общества переходного периода19.

Таким образом, в терминологическом отношении общественные организации 1920-х гг. представляли собой новое явление. Понятие «общественные организации» существенно трансформировалось, главным его показателем стал характер поведения, а не характер деятельности. Однако перемены происходили не только в общетеоретическом плане. На практическом уровне общественной деятельности в эти годы они оказались еще более глубокими и необратимыми.

* Речь шла о следующих обществах: естествоиспытателей, любителей мироведения,физико-химическом, минералогическом, палеонтологическом, ботаническом, географическом, историков-марксистов и др. (СУ РСФСР. 1925. № 14. Ст. 95).